С.В. Петросян: гуманитарные записки. (papuas_tt) wrote,
С.В. Петросян: гуманитарные записки.
papuas_tt

Categories:

Что происходит в Армении?



Армения — единственная в своем роде постсоветская республика, находящаяся (с точки зрения России и ее собственной) в «полном враждебном окружении»

Большинство экспертов — и российских, и западных, и даже армянских — заявляют, что нынешние события в Армении стали полной неожиданностью. И лишь сегодня, задним числом, они начинают классифицировать и сводить в объяснительную схему давно накапливавшиеся «симптомы», а также строить иногда логичные, иногда откровенно конспирологические версии происходящего.

Версии эти чаще всего строятся на основе аналогий с прецедентами других «цветных революций» на постсоветском пространстве и в других странах, нередко — с подробными отсылками к разработкам отца цветных технологий Джина Шарпа. Реже в аналитическое рассмотрение включаются — поверхностно или более-менее глубоко — политические биографии основных фигурантов политического обострения в Армении, а также властные и экономические «привязки» этих фигурантов в стране и за рубежом.

Это, конечно, важная и необходимая часть аналитики любого процесса такого рода, в том числе и обсуждаемого «армянского эксцесса». Часть необходимая, но недостаточная. Поскольку, как правило, выводит за скобки сущностную специфику конкретной страны и ее народа.

С этой специфики и начнем.

Географическая, политическая и историческая специфика Армении

Армения — единственная в своем роде постсоветская республика, находящаяся (с точки зрения России и ее собственной) в «полном враждебном окружении». (см. карту 1)

Не имея выхода к морю, то есть к международным коммуникациям и рынкам, она может связываться с Россией по суше только через Грузию (с которой у России разорваны дипломатические отношения) или через Азербайджан (для которого Армения официально — главный враг). На западе Армения граничит с Турцией (с которой отношения более чем сложные), на юге — с Ираном (который находится под международными санкциями и объявлен одним из главных врагов США).

Как факт такой враждебной изолированности, так и массовое мироощущение этого враждебного окружения, конечно же, не могут не сказываться и на экономике, и на внутренней и внешней политике республики.

Далее, Армения — единственная из постсоветских республик, которая уже 30 лет находится в состоянии перманентного территориального, политического и вооруженного конфликта с главным соседом — Азербайджаном. Трагедии сумгаитского и бакинского погромов и взаимных изгнаний армян и азербайджанцев из родных мест в 1988 г. продолжились крупномасштабной войной в 1992–1994 гг. за объявившую свою независимость преимущественно армянскую автономию Нагорный Карабах (Арцах) в Азербайджане. По итогам этой войны Армения помогла Карабаху отстоять независимость, а также оккупировала часть азербайджанских районов вокруг Карабаха. Азербайджан также захватил несколько армянских районов.

Заключенное в 1994 г. при посредничестве Минской группы ОБСЕ (Россия, США, Франция) перемирие остановило большую войну. Попыткой Минской группы урегулировать конфликт стали так называемые Мадридские принципы, предложенные Армении и Азербайджану в 2007 г. Эти принципы включали возврат Азербайджану всех захваченных Арменией районов вокруг Карабаха, кроме сухопутного коридора в Карабах, международные гарантии безопасности Карабаха в его временном статусе, возвращение в освобожденные районы беженцев, а далее — принятие референдумом окончательного статуса Карабаха.

Однако обе стороны конфликта Мадридские предложения не приняли. Боевые действия слабой интенсивности, на уровне обстрелов соседних территорий, происходят достаточно регулярно. В апреле 2016 года снова была война: прямые приграничные боестолкновения и захват Азербайджаном участков территории.

Эта ситуация конфликта и усилий Армении в отношении защиты Карабаха и армянских сородичей ощущается и населением, и властью как постоянная военная угроза и во многом определяет современный армянский менталитет, который социологи иногда определяют термином «массовое милитаризованное самосознание».

Далее, Армения — единственная из постсоветских республик, в смыслообразующий идеологический багаж населения которой устойчиво и прочно входят великие свершения и поражения не только новой и современной, но древней и средневековой истории.

Это и принятое раньше всех в мире (царем Тиридатом в 301 г. н.э., за десять лет до Рима) в статусе государственной религии христианство, которое в стране по-прежнему крайне влиятельно, поскольку его ревностно исповедует подавляющее большинство населения.

Это и былое государственное величие (включая древнюю империю Великую Армению, которая на вершине своего могущества в I в. н.э., при царе Тигране II, простиралась от Средиземного моря до Каспия и соперничала с Парфией и Римом).

Это и сокрушительные поражения, когда государство надолго исчезало с мировых карт, но вновь возрождалось верой и усилиями народа.

Это, в огромной степени, страшная трагедия изгнания «нелояльных» армян турками из Османской империи в 1915 г., во время Первой мировой войны. Изгнание сопровождалось массовыми зверскими убийствами или голодной смертью в пустыне более миллиона армян, включая женщин и детей. В национальной памяти армян эта трагедия сохраняется как «турецкий геноцид армян», причем несколько десятков стран мира, включая Россию, официально признали этот геноцид в соответствии с нормами международного права.

Вся эта глубокая историческая память, запечатленная в эпосе, обросшая преданиями и легендами, в Армении активно культивируется государством и церковью и составляет важнейшую из основ национальной социокультурной и политической идентичности.

Наконец, Армения — единственная из постсоветских стран, государствообразующий народ которой в большинстве находится в диаспорах, а не в самой республике. По последним данным, население Армении составляет около 2,9 млн чел., в то время как в диаспорах — в России, на Западе, в арабских странах, Ливане — живет не менее 8–9 млн армян, в той или иной мере поддерживающих устойчивую связь с Арменией, в том числе прямые связи с армянскими родственниками и друзьями. Это, наряду с сохраняющейся в диаспоре армянской индентичностью, определяет очень высокую роль диаспор в политической, экономической, социальной жизни Армении. Причем особую политическую роль играет диаспора (ее всё еще так официально называют) Карабаха. И прежде всего те политики, которые отстояли Карабах в войне с Азербайджаном в 1992–1994 гг.


Современные политические и экономические реалии Армении

Армянская политика

Как и практически везде на постсоветском пространстве, где политические партии очень молоды (и недоформированы как полноценные субъекты государственной политики), в Армении отчетливо проявляется так называемая клановость государственной и экономической жизни. Кланы, как правило, формируются на основе территориально-земляческой привязки, внешнеполитических и внешнеэкономических ориентаций, а далее и общих экономических и политических проектов и интересов.

На земляческой основе в Армении достаточно явно выделяют карабахский и ереванский кланы, на основе внешних ориентаций — прежде всего пророссийский, проамериканский и профранцузский кланы. Хотя, конечно, это деление очень условно, поскольку изменения актуальных интересов (и тактических, и стратегических) приводят к взаимопересечениям и взаимопроникновениям клановых конфигураций.

Как везде в условиях клановости власти, в Армении достаточно высокий уровень коррупции и кумовства. И, как везде, есть как условно «традиционалистские» группы (подавляющее большинство населения), так и условно «либеральные» группы (существенная часть элиты). Однако в отличие от других постсоветских республик у либеральной части армянской элиты в ее обвинениях против любой власти есть две практически табуированные темы.

Первая тема — сверхценнность Карабаха и его армянского населения, то есть безусловная необходимость их защиты. Это ни один армянский политик поставить под сомнение не осмеливается.

Вторая (пока!) также табуированная для политического обсуждения тема — активное участие России в военной и военно-технической поддержке Армении. Враждебное окружение при малочисленности населения и сравнительной бедности республики (ВВП в 2017 г. — всего 11,6 млрд долларов), несмотря на то, что оборонные расходы составляют около четверти госбюджета, просто не дает Армении возможности самостоятельно обеспечить надежную защиту своей территории.

Границы республики с Турцией (около 330 км) и Ираном (около 45 км) по межгосударственному договору охраняют отряды Погрануправления ФСБ России в Гюмри, Армавире, Арташате и Мегри, а также российская военная база в Гюмри. Кроме того, Россия обеспечивает Армению поставками современных вооружений, в том числе на основе долгосрочных дешевых кредитов. Так, в 2017 г. Армения получила российский «военный» кредит на сумму $200 млн. В 2018 г. предусмотрен аналогичный кредит на $100 млн.

Политическая конкуренция в Армении в основном идет между условно карабахским (вновь подчеркнем эту условность) и условно евреванским кланами. Причем много лет основные внешнеполитические симпатии этих условных кланов достаточно ясно различались: у «карабахцев» — прежде всего на Россию, у «ереванцев» — и на Россию (без нее никак), и на Запад. На Запад — в том числе потому, что именно на Западе оказалось сосредоточено большинство армянской образованной диаспоры.

Так, первым президентом постоветской Армении стал «западник» Левон Тер-Петросян. Его на выборах 1998 г. сменил «карабахский» Роберт Кочарян. На выборах 2008 г. Тер-Петросян попытался вернуться в президентское кресло, но проиграл «карабахцу» Сержу Саргсяну, получив лишь 22 % голосов избирателей. На выборах 2013 г. «западник» (армянин из США) Раффи Ованнисян также проиграл Саргсяну, получив около 37 % голосов.

Подчеркнем, что иногда в Армении эта политическая конкуренция принимала крайне острые — со стрельбой и убийствами — формы. Так, 27 октября 1999 г., во время заседания парламента, в зал ворвались оппозиционеры-террористы, объявили о государственном перевороте и открыли стрельбу. Погибли восемь депутатов, включая премьер-министра Вазгена Саркисяна и спикера Карена Демирчана. Через 9 лет, когда созданный Тер-Петросяном политический блок «Импичмент» попытался оспорить результаты выборов 2008 г. и вывел на улицу тысячи сторонников, их столкновения с полицией завершились убийством 10 и ранениями более 200 человек, в том числе правоохранителей.

Отметим, что нынешний армянский «возмутитель спокойствия» Никол Пашинян был инициатором кровавой «улицы» 2008 г., после этого год скрывался, в 2009 г. сдался властям, был осужден на 7 лет тюрьмы, но уже в 2011 г. вышел на свободу по амнистии.

Армянская экономика

Повторим, постсоветская Армения — страна достаточно бедная. Высокоприбыльных полезных ископаемых (в том числе нефти и газа) на экспорт нет. Транспортная изоляция и потеря большинства советских рынков привели к практическому обрушению вполне качественного и современного промышленного сектора. Основные статьи промышленного экспорта на сегодняшний день — медно-молибденовые руды, а также изделия из драгоценных и полудрагоценных металлов и камней. Однако аграрный сектор достаточно развит, экспортируются алкогольная продукция, сухофрукты, консервы, табак, что вместе с продукцией переработки дает более 26 % ВВП страны.

В 2015 году Армения присоединилась к ЕАЭС, что заметно облегчило экономическую ситуацию в стране. В 2016 г. объем армянского экспорта вырос на 12 %, в 2017 г. темпы роста ВВП увеличились до 7,5 %.

В то же время, например, энергоносители (основная статья армянского импорта) и многое другое приходится ввозить. После политического и экономического разрыва с Азербайджаном Армения получает газ из Ирана. По импорту в Армению машин и электроники лидером является Китай, он обеспечивает почти треть такого импорта. Но армянский экспорт — существенно ниже импорта; соответственно, внешнеторговое сальдо страны уже давно устойчиво отрицательное, а внешний долг растет и достиг $60 млрд.

При этом в стране в условиях обрушения промышленности резко сократился рынок труда. Именно это предопределило высокий уровень постсоветской эмиграции и увеличение масштабов «новой диаспоры». В основном уезжают в Россию, но и не только. В частности, по данным последней переписи населения 2010 г., в России проживают около 1,2 млн армян. Однако сегодняшние неофициальные оценки гораздо выше — до 2,4–2,5 млн чел.

Именно эти «новые мигранты» оказываются одним из главных факторов поддержки армянской экономики, отчасти компенсируя дефицит внешней торговли. По имеющимся оценкам, в недавние годы их переводы денег родственникам в Армению только из России суммарно составляли более $2 млрд в год, и примерно столько же в совокупности поступало из других зарубежных стран.

Сейчас, на фоне кризиса, эти поступления заметно сократились (из России составляют $1,5–1,7 млрд в год), однако по-прежнему являются одним из ключевых факторов поддержки «на плаву» большинства населения страны.
Внешние влияния на Армению

Наиболее мощные инструменты «жесткого» влияния на армянскую политику — в руках России. Конечно же, свое прямое вмешательство в армянскую политику, тем более военной силой, Москва исключает, о чем Россия не раз официально заявляла во время предыдущих политических и военных (карабахских) кризисов в Армении, и о чем вновь заявила сейчас. Однако есть, повторим, такие болезненные для Армении проблемы, как поставки вооружений и некоторых критических технологий, а также их обслуживание, в которых Россию никто в мире в близком будущем Армении не заменит.

А вот в сфере «мягкой силы» ситуация совершенно другая. Законодательное оформление в Армении системы связей с диаспорой предоставляет зарубежным армянам достаточно широкие возможности легального участия в политической жизни страны. В частности, для этого введен институт облегченного двойного гражданства для армян диаспоры, а также сокращенные сроки проживания в Армении (три года) для репатриантов, претендующих на высокие политические посты. В частности, претендентом на пост президента Армении в 2013 г. был репатриант из США Раффи Ованнисян. А нынешний президент Армении Армен Саркисян, бывший посол страны в Великобритании, официально отказался от британского гражданства лишь в 2011 г.

Кроме того, особые связи Армении с диаспорами предопределили чрезвычайно широкие возможности деятельности в стране зарубежных некоммерческих организаций (НКО). На сегодняшний день в маленькой Армении официально зарегистрировано Министерством юстиции около трех тысяч НКО! (При этом НКО из России — всего около десятка.)

Большинство НКО, управляемых и финансируемых зарубежными организациями и фондами, официально объявляют сугубо благотворительные цели: восстановление разрушенных памятников истории, поддержка малоимущих и инвалидов, благоустройство «родных» территорий, строительство, ремонт и обеспечение современным оборудованием университетов, школ и детских садов и т. д. И, подчеркнем, многие из этих НКО, как и граждане, участвующие в их деятельности в Армении, реализуют эти цели вполне искренне и наглядно-эффективно.

Однако немало зарубежных НКО даже официально объявляют цели вовсе не благотворительные: например, борьбу в Армении «за гражданское общество широкого политического участия», «за права человека, свободу слова и современную демократию», «за права меньшинств», «против коррупции», и т. д.

Специфика нынешней Армении состоит в том, что все эти НКО заполняются в стране далеко не всегда лишь циничными бездельниками, которых принято называть грантоедами. Причина не только в том, что в сравнительно бедной Армении участие в работе таких НКО за гранты (а их суммарный объем в последние годы, по экспертным данным, превышает миллиард долларов в год) является существенным привеском к семейным бюджетам. Причина прежде всего в том, что политическая психология огромной части населения Армении в последние годы неуклонно менялась в прозападном направлении.

Главными факторами этих изменений можно назвать следующие.

Первый фактор — широкое обучение за рубежом, в основном благодаря грантовой поддержке диаспоры, армянской молодежи. Причем значительная часть амбициозной армянской молодежи заканчивала за рубежом такие вполне политизированные университеты, как «Лондонская школа экономики», «Школа права и управления имени Флетчера» в американском Университете Тафта, курсы менеджмента, права, социологии и политологии в университетах парижской Сорбонны и т. д.

Отметим, что в самой Армении в духе этих западных университетов работает фактически «первичная ячейка отбора перспективных кадров» — созданная при поддержке диаспоры в Дилижане «Международная школа» для подростков 16–18 лет. Эксперты утверждают, что главная поддержка была от друга британского принца Чарльза и Анатолия Чубайса, российского олигарха Рубена Варданяна.

Отметим также, что в совет попечителей этой школы до 2016 г. входил бывший посол в Великобритании и тоже, как утверждается, друг принца Чарльза, а ныне президент Армении Армен Саркисян. Отметим, наконец, что его одной из первых поздравила с избранием на пост президента лично королева Великобритании.

При этом школа в Дилижане не единственная: есть и другие подобные (в основном американские) «кузницы кадров».

Второй фактор — постепенное сокращение в стране масштабов использования русского языка в общении, в образовании и СМИ. Вплоть до того, что очень значительная часть молодых армян неплохо знает английский и/или французский, но русского языка не знает вообще.

Третий фактор, формирующий «западный выбор», — всё более активная работа в Армении не только на армянском, но и на английском языке, западных, прежде всего американских и британских, радиоголосов. А также всё более широкое использование собственно армянскими СМИ (которые, подчеркнем, в значительной мере принадлежат Микаэлу Минасяну, зятю бывшего президента Сержа Саргсяна и нынешнему послу Армении в Ватикане и на Мальте), включая телевидение, новостные ленты западных, прежде всего американских и британских СМИ.

Четвертый фактор — возрастающее влияние на политический дискурс в Армении западной диаспоры, которая в последние годы, особенно после событий на Украине, не может не впитывать и не транслировать на родину доминирующие англо-саксонские, в том числе воинственно-русофобские, мировоззренческие матрицы.

В этом процессе, конечно же, принимают активное участие такие англо-саксонские политические профессионалы, как имеющие свободный доступ в Армению фонд «Открытое общество» Джорджа Сороса, фонд «Партнерство Евразия», Агентство США по международному развитию USAID и ряд фондов, которые курируются одним из главных спонсоров «цветных революций», американским «Национальным фондом Демократии» NED. В этом же ряду находятся «Хельсинкский комитет Армении», армянский «Союз информированных граждан», «Клуб журналистов Аспарез» и т. д.

Ну и, разумеется, не остаются в стороне дипломатические ведомства США, Великобритании, Франции, а также ряда других европейских стран и Организации безопасности и сотрудничества в Европе (ОБСЕ). В частности, в маленькой Армении работает огромное, самое большое во всех постсоветских республиках, посольство США. А в посольствах всегда и во всех странах (это уже привычная «дипломатическая норма») на разных должностях, включая, как правило, второго секретаря посольства, работают профессиональные спецслужбисты, которые тоже всегда выполняют в стране пребывания свою профессиональную работу, в том числе вербовку агентуры и поиск и поддержку агентов влияния. И уж, разумеется, не могут не работать в этом же направлении и азербайджанская, и турецкая разведка...

Вся эта работа Запада и враждебных соседей в Армении сегодня дает свои результаты. В том числе выходом на улицы и площади «оппозиционной молодежи», значительная часть которой не отрабатывает копеечные гранты и не вовлечена в бессмысленную скандально-веселую движуху, а искренне верит в то, что будущее страны — в повороте к идеям и идеалам Запада.

В то же время Россия во всех перечисленных выше сферах опосредованного влияния или так называемой мягкой силы в Армении почти незаметна. О чем многие армяне, особенно немолодые, откровенно и с возмущением говорили и раньше, и сейчас: «Наверное, в Москве думают, что, мол, куда от нас Армения денется. Она, мол, и от нашей армии и ФСБ зависит (они там, внутри), и от поставок оружия и обучения военного персонала. И русские армяне, мол, своими переводами денег очень серьезно поддерживают жизнь в армянской экономике. А того, как страна — особенно Ереван и особенно молодежь — неуклонно поворачивает в сторону Запада, в Москве видеть не хотят».

Признаем, что эти обвинения в адрес политики России — в очень большой степени справедливы. Но выводов из них в Москве не делают. Их не сделали даже после того, как произошел бандеровский переворот на Украине, а ведь именно такие же оценки российской политики (в духе недальновидно-преступного «мол, куда они от нас денутся») много лет, с середины 1990-х годов, транслировали в Москву многие украинские политики и общественники. Об опасности такой политики России твердили представили русских и других национальных общин разных украинских регионов, не только Донбасса и Крыма, но и украинского Центра, Закарпатья и западных областей.

Однако от подобных украинских «алармистов» в Москве, как правило, отмахивались, — экстремисты, мол. А представители нашего МИДа и Россотрудничества отчитывались о своей «успешной деятельности» на Украине помпезными и масштабными, но политически бессмысленными публичными мероприятиями в «Русских домах дружбы», вялыми круглыми столами и конференциями, а также организацией гастролей ведущих певцов, музыкантов и театральных коллективов.

Но примерно то же самое происходило и в Армении. И сегодня мы имеем то, что имеем...

Политическая интрига армянской «бархатной революции»

Чем «провинились» Саргсян и карабахский клан?

Напомним, что политическое противостояние между либерально-западническими ереванцами и антилиберально-пророссийскими карабахцами в Армении идет давно. И нельзя не признать, что от нахождения у власти карабахцев целых 20 лет (начиная с поражения Левона Тер-Петросяна на выборах 1998 г.) армянская политически активная элита явно устала.

Нельзя не признать и того, что инерция уважения к герою войны в Карабахе Сержу Саргсяну в достаточно широких народных массах потихоньку угасала.

Эта инерция уважения угасала потому, что становилась всё более явной коррупционно-кумовская составляющая политики клана Саргсяна, сокращающая долю доходов других клановых групп и далеко не высокие доходы населения (тем более в условиях мирового кризиса, когда поток экономической помощи от диаспор начал заметно скудеть).

Она угасала потому, что именно Саргсян в 2015 г. инициировал конституционную реформу в духе «западнических» рекомендаций, превращающую Армению из республики «полупрезидентской» в республику парламентскую. Это и оппозиция, и общество расценили как попытку президента Саргсяна «превентивно создать под себя новый властный аэродром», то есть после завершения второго президентского срока пересесть в кресло всевластного премьер-министра.

Эта инерция уважения угасала и потому, что властный карабахский клан начал постепенно, но достаточно отчетливо сдвигаться в направлении уступок своим западническим конкурентам.

В частности, 24 ноября 2017 г. на саммите Восточного партнерства Саргсян подписал Соглашение между Арменией и Евросоюзом «О всеобъемлющем и расширенном партнерстве». Хотя это соглашение не содержит таких торгово-экономических разделов, которые вошли в аналогичные договоры Евросоюза с Молдавией и Грузией и ставят эти республики в глубокую экономическую зависимость от ЕС, однако в нем тем не менее записаны достаточно болезненные для республики обязательства. Среди таких обязательств, в том числе:

    немедленное составление Арменией графика остановки и закрытия Мецаморской АЭС — важнейшего объекта энергоснабжения республики;

    расширение сотрудничества в сфере безопасности, свободы и юстиции, с целью укрепить верховенство закона и уважение к основополагающим правам и свободам человека;

    поддержка экономического потенциала, в том числе за счет сближения национального законодательства с европейским;

    сотрудничество во внутреннем контроле и аудите госсектора, в том числе налоговой системы, а также в сборе и обмене статданными;

    создание «Партнерского совета», который будет оценивать реализацию Соглашения.

Наконец, 18 января 2018 г. Армения подписала Стамбульскую конвенцию Совета Европы о предупреждении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием, содержащую много таких «ювенально-гендерных» положений, включая защиту прав ЛБГТ, которые не признаются христианско-традиционалистским большинством населения страны. (Отметим, что на сегодняшний момент эту Конвенцию не подписали только две страны, входящие в Совет Европы: Россия и Азербайджан.)

Эти прозападные сдвиги политического курса Саргсяна вызвали резкое неприятие со стороны его базового армянского традиционалистского электората. А когда он вдобавок заявил (отметим, вопреки его прежним заверениям), что намерен баллотироваться на созданный им же пост премьер-министра, этот шаг действительно переполнил чашу терпения даже у многих симпатизировавших Саргсяну граждан страны, а также у большинства влиятельных фигур армянской диаспоры.

Именно на такой почве массового недовольства смогли успешно прорасти семена того элитного и низового протеста, который инициировал, канализировал и возглавил Никол Пашинян, давний оппозиционный противник Саргсяна.

Феномен Пашиняна и протестные результаты

Сегодняшний бунтарь родился в 1975 г. в Иджеване. Отлично учился на отделении журналистики Ереванского госуниверситета, но перед выпускными экзаменами в 1995 г. был отчислен за критические статьи в адрес ректората и политического руководства Армении. Работал в разных газетах, в 1999 г. стал главредом оппозиционной «Айкакан жаманак».

В 2008 г. был членом предвыборного штаба кандидата в президенты Тер-Петросяна, проявил себя как яркий политический оратор, способный привлекать большие человеческие массы. После проигрыша выборов Тер-Петросяном стал одним из организаторов протестных беспорядков, приведших к бойне на улицах Еревана, был осужден и в 2011 г. амнистирован.

В 2012 году Пашинян был избран депутатом Национального собрания Армении от блока Тер-Петросяна «Армянский национальный конгресс», но вскоре отмежевался от АНК и стал организатором партии «Гражданский договор».

В 2016 г. создал вместе с партиями «Республика» и «Просвещенная Армения» блок «Елк» («Выход»), который 2 апреля 2017 г. на парламентских выборах получил 9 мандатов. В мае 2017 г. безуспешно баллотировался на пост мэра Еревана.

Жена Пашиняна Анна Акопян — главред «семейной» газеты «Айкакан жаманак». Четверо детей: сын и три дочери в возрасте от 3 до 18 лет.

В блоке «Елк» Пашинян демонстрировал достаточно отчетливую прозападную позицию в связи с вступлением Армении в ЕАЭС, обвиняя Россию в постепенном изъятии армянского суверенитета, а также призывал к «декоммунизации» названий ереванских улиц. В 2017 г. инициировал в парламенте законопроекты о выходе из ЕАЭС и «декоммунизации», но они были отвергнуты парламентским большинством.

31 марта 2018 г. Пашинян, стартовав с десятком единомышленников из Гюмри, начал пешую акцию «Мой шаг» против попытки президента Сержа Саргсяна по завершении второго срока президентства стать полновластным премьер-министром. Дойдя 13 апреля до Еревана, начал организацию митингов и массовых уличных протестных акций.

С 17 апреля, когда парламент большинством голосов избрал Саргсяна премьером, Пашинян резко усилил и радикализовал протесты, выводя на них студентов и школьников, блокируя улицы, площади и госучреждения.

Начал разговаривать с властью тоном ультиматумов. 22 апреля заявил, что готов обсуждать только отставку премьера и фактически призвал митингующих к его свержению. Был задержан полицией, но 23 апреля выпущен на свободу.

Когда в этот же день вышли из казарм и присоединились к протестам солдаты одного из батальонов армянской «Миротворческой бригады» (подчеркнем, обучаемые, в том числе, офицерами стран НАТО), Саргсян неожиданно вышел к толпе, сказал, что Пашинян прав, и заявил о своем уходе с поста премьера.

Для иллюстрации политического стиля Пашиняна приведем несколько его ярких высказываний.

23 апреля на вопрос журналиста «зачем выводить на улицы детей?» Пашинян ответил «Чтобы довести дело до конца». В тот же день в интервью Пашиняна российскому телеканалу «Россия 24» ему задали вопрос: «Вот Вы всё время говорите так, как будто Вы уже премьер-министр Армении: «Я сделаю так, этак». Разве Вас уже избрали премьером?» Пашинян ответил: «Да. На площади. Народ. Вы же слышали вчера. Избрал».

24 апреля на пресс-конференции для зарубежных СМИ Пашинян заявил, что считает себя «армянским Нельсоном Манделой». А затем сказал, имея в виду уже не Саргсяна, а вице-премьера Карена Карапетяна: «Мы не можем согласиться с тем, чтобы премьером был назначен кандидат от Республиканской партии. Как и с Саргсяном, переговоры могут быть проведены по следующим пунктам: назначение премьером кандидата народа, формирование временного правительства, проведение внеочередных парламентских выборов».

Поскольку хронология событий в Армении достаточно подробно излагается в сводках политического мониторинга нашей газеты, здесь остановимся на самом методологически важном.

В ходе протестов, начиная с 23 апреля, Пашиняна и его «Елк» поддержал не только партнер по парламентской оппозиции, «Процветающая Армения» бизнесмена Царукяна, но и член правящей коалиции «Дашнакцутюн», тем самым оставив лидера — правящую Республиканскую партию (РП) — в политическом одиночестве. Если ранее правящая коалиция имела в парламенте 65 из 105 мест, то теперь у нее осталось только 58 мест.

25 апреля фракция «Елк» официально объявила Пашиняна своим кандидатом на пост премьера. Все другие фракции сообщили, что своих кандидатов не выдвигают, а РП объявила, что будет выбирать нового председателя партии вместо Саргсяна.

26 апреля спикер парламента Ара Баблоян объявил, что вопрос выборов нового премьер-министра Армении будет обсуждаться на специальном заседании парламента 1 мая с 12:00.

Подчеркнем, что открытой официальной поддержки какой-либо из сил возникшего в Армении противостояния ни одна страна не проявляла; все призывали к «мирному разрешению конфликта». Однако зарубежные СМИ, прежде всего «Радио Свобода», ВВС и «Евроньюс», вели, конечно, не информационное, а скрыто-пропагандистское сопровождение протестов. В том числе прямой «возбужденной» трансляцией событий в Ереване и других городах страны поддерживали и расширяли мобилизацию участников протестных акций.

Кроме того, высокопрофессиональная организация протестов с привлечением преимущественно молодежи и широким использованием соцсетей явно адресовала к «мирным и децентрализованным» технологиям из методичек Джина Шарпа. На улицах и площадях возникал тот самый «управляемый хаос», который просто парализовал любое эффективное противодействие правоохранительных органов.

Единственным, хотя и достаточно внятным политическим жестом поддержки оппозиции со стороны США стало «внезапное» появление в СМИ выдержек из очередного ежегодного отчета по правам человека Госдепа США. А отчет гласил, несмотря на предыдущее признание справедливости и бесспорности армянских парламентских выборов 2017 г. со стороны США (включая посла в Ереване Ричарда Миллса), что «достоверные сообщения о покупке голосов и давлении на госслужащих и сотрудников частных компаний подорвали общественное доверие к результатам парламентских выборов»...

Эта статья пишется вечером 30 апреля, когда результаты завтрашней чрезвычайной сессии парламента еще неизвестны.

Известны лишь основные возможные процедуры.

По уставу парламента, у фракций будет по 15 минут для представления своих кандидатов, затем — по часу на программные выступления кандидатов, а далее еще по 30 минут для их финальных выступлений. После этого парламент открытым поименным голосованием выбирает премьера — кандидата, набравшего минимум 53 голоса.

Если голосование результата не дает, процедура второго тура повторяется через неделю, но при этом кандидатом становится лишь тот, кто получил поддержку минимум 32 депутатов. Если и второй тур результата не дает, парламент распускается и назначаются новые парламентские выборы.

А Пашинян уже призвал своих сторонников 1 мая, в день голосования, наводнить улицы...

#### Что дальше?

Азербайджанская пресса радостно пишет, что хаос в Ереване ослабляет Армению и дает Азербайджану реальные шансы на быстрое отвоевание захваченных армянами территорий.

Минобороны Карабаха раз за разом публикует видео о концентрации тяжелой азербайджанской военной техники вблизи линии соприкосновения с передовыми позициями Армии обороны Карабаха. Минобороны Азербайджана эти видео не комментирует, но сообщает о «плановых учениях».

Победивший на внеочередных выборах президент Азербайджана Ильхам Алиев, который уже неоднократно заявлял, что не только Карабах, но и Эривани (то есть Ереван) — это азербайджанская земля, совершает торжественные визиты в Турцию к Эрдогану, а также в Лондон к Терезе Мэй. И присутствует вместе с Мэй на подписании очередного соглашения с британской ВР о совместной разработке крупного нефтеносного блока на Каспии.

Страны постсоветской Азии всё внимательнее прислушиваются к голосу Анкары и возглавляемого ею «Тюркского совета».

Армянские аналитики пишут о том, что у Пашиняна нет не только необходимого политического и государственного опыта, но и ясной программы, а также квалифицированной команды, которая способна занять ключевые посты в правительстве. И что из высказываний Пашиняна на последних дебатах следует, что он не предлагает никаких действий и проектов, которые не содержались бы в программе Саргсяна.

А Россия — пока — молчит. И устами наших политиков, включая пресс-секретаря президента Пескова и депутатов Думы и Совета Федерации, повторяет, что события в Армении — это внутренне дело страны и ее граждан.

Хотя совершенно понятно, что Азербайджан, Турция, США, Великобритания — так явно не считают. Понятно, что практически любое развитие армянской «бархатной революции» — наносит огромный ущерб интересам России. И не менее понятно, что этот ущерб никак не ограничится Закавказьем...

Статья Юрия Бялого «Что происходит в Армении?» опубликована в № 276 газеты «Суть времени».




Tags: Армения, мироустроительная война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments